Колумбиец Андрес Фелипе Лоайса Кинтеро с позывным Алоаиза с 2023 года воюет за освобождение Донбасса в составе интернационального батальона «Пятнашка». За это время он успел на практике освоить несколько военных профессий, получить тяжёлое ранение, почти ослепнуть, выдержать ряд операций и снова вернуться в строй. В интервью RT он рассказал, почему решил взять в руки оружие, как собирал деньги на билет в Россию и почему хочет остаться здесь жить после победы.
— Андрес, почему вы решили уехать из Колумбии в Россию и стать добровольцем?
— Я понял, что СВО началась далеко не в 2022 году. Она пришла вместе с событиями 2014-го. Я знаю, что происходило с населением Восточной Украины, что было в Доме профсоюзов (среди организаторов произошедшего в 2014 году в Одессе поджога называют высокопоставленных украинских чиновников. — RT), — очень много вещей, которые на Западе пытаются умолчать. Я коммунист и интернационалист, и я не мог пройти мимо того, что происходит.
— Как отнеслись к вашему решению знакомые, родные?
— Некоторые достаточно негативно отнеслись к моему решению, потому что переживали за меня, боялись. Но были люди, которые поддержали мой выбор, потому что им была близка моя политическая точка зрения.
— Чем занимались до того, как приехали на СВО? Какое у вас образование? Профессия?
— Я морской пехотинец, а также медик. И у меня есть образование сапёра. Я работал в некоммерческой организации, где меня обучили сапёрному делу. В моей стране есть большие территории, на которых могли бы работать люди, выращивать скот, заниматься сельским хозяйством, но они заминированы. И я обезвреживал эти мины, самодельные взрывные устройства. Там же я научился оказывать первую медицинскую помощь.
— Как вы оказались в России? Как вы подписали контракт?
— Я попытался приехать в Россию самостоятельно. И так как это была моя первая зарубежная поездка, я не всё понимал и даже пропустил свой стыковочный рейс из Мексики в Европу. Деньги закончились, и я вернулся к себе домой, работал какое-то время в строительстве, чтобы заработать на дорогу.
А потом взял в долг у одной своей знакомой, чтобы предпринять вторую попытку.
Я приехал в Москву. Потом мне помогли с покупкой билета до Ростова, а далее в Успенке на КПП меня встретил человек, представитель бригады, и меня уже провожали до места назначения.
— Почему именно интернациональный батальон «Пятнашка»?
— Если честно, у меня не было особого представления, куда я могу пойти служить, как мне попасть на СВО, поэтому, по сути, я двигался вслепую. Я узнал, что это интернациональная бригада, и почувствовал, что здесь мне будет хорошо, что я буду ощущать себя на своём месте.
— Чем отличаются реалии СВО от того, что показывают у вас в СМИ?
— Дело в том, что войны ведутся большими международными игроками, такими как США и НАТО, и они пытаются показать всем, что побеждает Украина.
На Западе пытаются убедить телезрителя, что защитники Донбасса — это низкоквалифицированные военные, которые постоянно проигрывают на поле боя. А реальность совершенно другая.
— Что больше всего поразило или удивило на СВО?
— Меня всегда интересовала история России, привлекала её стойкость. И когда тебе что-то рассказывают в западных СМИ, ты задаёшься вопросом: а насколько это правдиво?
Когда я сюда приехал, я очень боялся, что меня встретят заносчивые высокомерные люди, что не очень радушно меня встретят. Когда я прибыл в Москву, меня встречал человек. Я протянул ему руку, и он не пожал её, он крепко меня обнял. И я почувствовал тёплый, дружеский приём. Я понял: всё, что мне рассказывают на Западе про русских людей, не имеет ничего общего с реальностью. И когда я приехал на базу, меня тоже очень тепло встретили.
— Какая сейчас у вас специальность?
— Фельдшер.
— Расскажите о первом дне на СВО.
— Когда я прошёл обучение, меня отправили на юго-восточную часть Авдеевки. Я попал на фронт в июне-июле 2023 года, когда стало появляться очень большое количество дронов.
Как только я попал на передовую, моя основная задача изначально была заниматься наблюдением, потому что я ещё не очень хорошо говорил по-русски. Моё боевое крещение состоялось во время боёв за Авдеевку, когда я помогал штурмовым группам, эвакуировал тела, а также раненых.
— Как вы получили ранение?
— Нас отправили доставить боеприпасы и медикаменты тем, кто был на передовой. Я заметил разведывательный дрон, подал сигнал тревоги, мы рассредоточились.
Затем дрон-камикадзе взорвался в нескольких метрах от меня. Я был ранен в ногу. Осколок прошёл насквозь. Один из моих товарищей оказал мне первую помощь, зажгутовал меня.
Я пытался тогда ещё сам передвигаться, но где-то метров через 500 сдетонировал осколочный боеприпас и снова ранил меня. Я потерял очень много крови.
Рядом стояла БМП. И тогда мои товарищи затащили меня под неё, спрятали.
Я в тот момент уже ничего не видел и испытывал огромный страх остаться слепым навсегда.
И мы так под этим бэтээром пролежали несколько часов до момента, пока нас не забрала эвакуационная группа.
Я попал в полевой госпиталь в Артёмовске, потом меня прооперировали в Луганске, дальше Ростов и как минимум три операции в Москве. В конце концов я здесь, я вернулся.
— Будут ли у вас проблемы с законом на родине из-за того, что вы сейчас воюете на стороне России?
— Вполне вероятно, что да. Но на моей стороне есть один аргумент. У меня российское гражданство, поэтому, даже вернувшись в Колумбию, если мне кто-то предъявит какое-то обвинение, я всегда могу сказать, что я исполнял свой гражданский долг.
— Чем планируете заниматься после того, как СВО закончится?
— Я бы хотел остаться в России, возможно, переехать жить в деревню, и мне бы хотелось, чтобы сюда переехала моя семья. Неважно, чем я буду заниматься: продолжу я быть фельдшером или военную карьеру. Для меня самое главное — это иметь возможность всегда придерживаться своих взглядов.
— У вас есть мечта?
— Я мечтаю о более справедливом мире, где будет царить равенство. Очень неприятно наблюдать, что творят по всему миру Израиль и США, которые, будем честны, контролируют около 80% всего, что происходит. И очень жаль, когда безопасность продают за цену свободы.
